Шехтер, Hill or Streamline?

Введение

Когда в конце 1999 года я решил пойти учить английский язык, Сергей Преображенский, по службе корректор "Обучения за рубежом", а по жизни доцент Университета дружбы народов, сказал мне:

- Саша, зачем вам идти на курсы? У меня есть знакомая, прекрасно знающая английский язык. Хотите, я дам вам ее телефон, и вы договоритесь о партикулярных занятиях?

От мудрого, без тени иронии, предложения Сергея я отказался, и вот что из этого вышло.

Part One. Система 3

Система 3 - языковая школа, базирующаяся на эмоционально-смысловом методе Шехтера, дополненного тремя грамматическими уровнями.

Все, кто выбирал, выбрал или выбирает "Систему 3" - лентяи. Они любят называть себя людьми загруженными, деловыми, такими, у которых каждая секунда на счету. Но пусть даже они работают 24 часа в сутки - в душе они отпетые бездельники. Как, например, я. Основная причина, по которой я пошел в "Систему 3", - отсутствие домашних заданий (до грамматической интермедии). Вторая, вытекающая из основной: из всех известных мне раскрученных курсов эти - самые короткие. Старт с нуля отделен от финиша учебным годом.

Итак. Если вы человек советской закалки, то учебные классы "Системы" не должны вызвать у вас особых нареканий. Не знаю, как сейчас, но на момент моего ученичества школа рядом со станцией метро "Маяковская" представляла собой давно не ремонтированное помещение, где столом для письменных занятий служила доска для пинг-понга. Но это на грамматическом уровне. Который, к слову сказать, после всеобщего возмущения нам заменили. А сначала ...

Сначала я подумал, что ошибся. Во дворе, где, согласно почтовому адресу, должна была размещаться школа, стояло несколько молодых людей и девушек. У каждого на груди был беджик с именем, такие вы можете увидеть на сектантах. Но без обязательных "брат" или "сестра", что успокаивало.

Класс, со стоящими по периметру креслами из средней руки кинотеатра, а также полное отсутствие обслуживающего персонала в лице приветливых секретарей - удивили.
Зато на первом занятии нас посетил Арнольд Рубинштейн, директор школы. Кстати, очень приятная практика, когда будущими студентами интересуется директор. Итак, он рассказал сомневающимся о методике и результатах, которых можно достичь упорным трудом. Суть его речи сводилась к следующему: все мы обязательно заговорим на английском языке, но вот как скоро - зависит от восприимчивости к методу Шехтера и способностей каждого отдельного ученика. Золотые слова!

После вступительного слова преподаватель выдала нам карточки с нашими новыми именами (те самые беджики, которые я увидел на улице). Так я стал Аланом, преуспевающим сценаристом из Лос-Анжелеса.

Дела у Алана в изучении родного английского языка шли из рук вон плохо. Высококвалифицированный преподаватель System Three Jennifer помогала ему, как могла, но, несмотря на то, что Алан обладал музыкальным слухом, память его оказалась неспособной вместить огромное количество незнакомых слов. Настоящей пыткой становилось обязательное общение между учениками в течение первой половины занятий. Коверкая красиво звучащие на магнитофонной ленте фразы, Алан с ужасом сознавал, что, помимо заученных еще в детстве I'm American, I come from Los Angeles и I'm the scriptwriter, в голову больше ничего не приходило.

Как манны небесной ждал он второй части трехчасовых занятий, когда teacher гасила свет, все students надевали видавшие виды наушники и расслаблялись под негромкую, хорошо поставленную английскую речь.

  • My bonnie is over the ocean,
  • My bonnie is over the sea,
  • My bonnie is over the ocean,
  • Oh, bring back my bonnie to me, - особенно запомнилось Алану.

К концу насыщенного английским месяца Алан с ужасом осознал, что не продвинулся в изучении языка ни на дюйм. А еще Jennifer напомнила, что скоро спектакль, коротенькое представление, которое устраивает завершающая уровень группа для остальных учеников школы. Сценарий был прост. Группа американских туристок приезжает в - куда же еще - отсталую Сибирь. В аэропорту их встречают таможенники. Миловидные, рафинированные американочки думают, что русские их быстро пропустят и они пойдут осматривать достопримечательности. Не тут-то было. Пьяный customs officer (Алан) решает обобрать доверчивых gringo.

- Stupid American women, - бормочет он, дыша на них перегаром и поправляя сползающую на низкий лоб шапку-ушанку. И запрещает к провозу драгоценности, деньги и ценные вещи. Потом, выпивая еще водки, предлагает спрыснуть приезд сообща. Получает отказ. Сердится. В результате American girls покидают зал прилета чуть ли не голыми и стынут горькими слезами на холодном ветру.

С таким ужасным грехом на душе Алан перешел на грамматический уровень, который немногим отличается от общепринятых курсов английского. А преподавание велось по двум учебникам: Up to the top и Headway. Там-то Алан и понял, что система Шехтера ему не подходит и надо возвращаться в лоно традиционализма, и на второй интенсив не пошел, вновь став Сашей.

Но то, что я не продолжил обучение в "Системе 3", не означает, что мне не понравилась школа. Просто я (!) считаю, что начинать изучение языка по системе Шехтера с нуля - потеря времени и денег. После первого интенсива я, как попугай, мог повторять заученные фразы, но не мог применить использованные в них грамматические конструкции к другой ситуации. Однако, если вы знаете язык достаточно хорошо, но долгое время не занимались им, лучшего места восстановления знаний, чем "Система 3", не найти. Месяц, каждый день по три часа, за умеренную плату, с приятными людьми.

"Система" подойдет и людям, у которых образовался психологический барьер, мешающий применять язык на практике. Вас обязательно разговорят, а заключительный спектакль покончит с комплексами.

Комментарий

Эмоционально-смысловой метод И.  Шехтера состоит примерно в следующем. Студент вживается в роль носителя языка, а дальше вступает в действие система Станиславского. "Сценарист Алан" старается изобразить на английском языке "правду жизни", разыгрывая какую-либо бытовую сценку. Он ошибается, преподаватель говорит: "Не верю!", и все начинается заново.

На занятиях "по Шехтеру" имитируется поведение человека в привычной языковой среде. Беда в том, что вместо этой среды вы попадаете в компанию "недоучек", говорящих так же скверно, как вы сами.

Мне приходилось встречать многих людей, учивших язык по системе Шехтера. Из них ни один (!) языка не знал. Нет, не у всех дела шли так плачевно, как у "Алана": кто-то мог бойко болтать на обиходные темы, не смущаясь ни малым словарным запасом, ни невероятной грамматикой. О произношении лучше умолчать.

Метод Шехтера возник в 70-е годы, когда обучение языку в наших школах и вузах было направлено в основном на пассивное владение языком. То, что ученикам и студентам когда-либо придется на этом языке говорить, методистам попросту не приходило в голову. Тогда метод Шехтера стал "революцией", раскрепостившей разговорную речь.
Но только применять его к начинающим значит обречь их на пожизненную полуграмотность: человек сразу привыкает говорить неправильно - лишь бы бегло. Зато тем, кому необходимо "развязать язык", такие занятия могут принести ощутимую пользу.

Part Two. Джеймс

Native speaker (дословно носитель языка) - иностранец, имеющий педагогическое образование и преподающий свой родной язык на территории другого государства. Часто не зная языка страны, в которой он работает.

Если честно, я не планировал заниматься английским языком с носителем оного. Джеймс Хилл стал моим преподавателем случайно и не пробыл им долго. Джеймс - американец, точнее, техасец, и пошел учить русских английскому, чтобы подработать. На этом можно было бы и закончить, однако это было бы несправедливо к Джеймсу, тем более что он поступал порядочно: в заблуждение, что он профессиональный преподаватель, не вводил, а честно признавался, что учится на фотографа. Поэтому моя критика в адрес native speakers касается не столько Джеймса, сколько явления. Я не очень-то верю, что рыба, выброшенная на берег (читай - в другую среду), может научить плавать.
Наши с Джеймсом занятия начинались в 10 часов утра и длились ровно час до 11. Не могу сказать, что я очень пунктуальный или напротив. Как и многие, бывало, я опаздывал минут на 5 - 10, и занятия длились не положенные 60 минут, а меньше. Я, однако, не возражал, полностью осознавая свою вину.

Но когда опаздывал Джеймс, всеобщая боязнь иностранцев перетрудиться доходила до смешного. Даже в этом случае ровно в 11 мой teacher, закрыв свою тетрадь, говорил: See you on Thursday, и бежал вниз с третьего этажа пить кофе.

Сам урок строился следующим образом. Первые 15 -20 минут Джеймс проверял мои письменные задания, состоявшие, как правило, из переводов с русского на английский и обратно, из брошюрки 50x50, To Read and Discuss, и отмечал ошибки. Просто отмечал, поскольку объяснить их так, что бы я понял, не мог. Ведь свободно говорить по-русски он не умел, а уж провести хоть какую-нибудь грамматическую аналогию не мог и подавно.

Следующей частью занятия было общение на заданную тему. Например, о том, какие животные водятся в России и в Америке. Наиболее известные животные типа волка или медведя быстро подошли к концу, и тут началось самое интересное. Я на ломаном английском начинаю объяснять, мол:

  • It is a little animal that lives under ground, - говорил я.
  • Oh, the mouse! - отвечал Джеймс.
  • No, it isn't. It has a nice pelage, - продолжал я.
  • Oh, a fox. - пытается догадаться он.
  • No, it isn't too. It makes a long tubes.
  • Ah, a mole, - понимал Джеймс.

И это самый короткий диалог. Там, где с русским учителем все удается выяснить в считанные секунды, с иностранцем уходят долгие минуты.

Далее следовало объяснение нового материала и домашнее задание. Если с последним все ясно - показал пальцем и готово, грамматику на пальцах объяснить не в пример мудреней. Даже несмотря на то, что красный Murphy - очень ясный учебник, с картинками и диаграммами, объясняющими применение, например, Present Perfect. Понять, что в некоторых случаях это время эквивалентно русскому глаголу совершенного вида без русского же объяснения невозможно.

Собственно, отсутствие внятных объяснений - основная проблема. Но если грамматический уровень ученика высок, словарный запас велик, произношение отвратительно, а денег на поездку за рубеж нет - native speaker идеальный вариант. Единственное условие - такого учителя нужно выбирать самому. Успех занятий с иностранцем во многом зависит от того, интересный ли он собеседник.

Так было и с Джеймсом. Несмотря на все его недостатки как преподавателя, общаться с ним было небезынтересно. Он живо рассказывал о родном Техасе, хвалил новеллы своего соотечественника по большой родине О'Генри, и вообще был компанейским парнем.

Но вы, выбирая преподавателя, обязательно прибавьте к личностным качествам, профессионализм. Деньги-то этот хороший парень получать будет ваши.

Комментарий

Заниматься с native speaker - не такое уж безнадежное дело. Но ... опять же только в том случае, если вы уже знаете язык хотя бы на среднем уровне или параллельно занимаетесь по какому-нибудь "Бонку" или Headway'ю. Чему может научить носитель языка, если он не профессиональный преподаватель? Разумеется, нюансам речи, которых нет ни в одном учебнике. Неформальные грамматические конструкции и речевые обороты, "слова-паразиты", без которых речь хотя и грамотна, но мертва, правильное употребление жаргонизмов, тонкости речевого этикета и стиля - все это по-настоящему может донести до ученика только native speaker.

Еще на таких занятиях вы научитесь слушать и понимать иноязычного собеседника и вести непринужденный диалог. А если преподаватель, подобно Джеймсу Хиллу, еще и рассказывает интересные байки о своей родной стране, считайте, что вам повезло. Кстати, по-видимому, г-н МакДональдс все-таки научился воспринимать на слух английскую речь, раз сумел оценить рассказы Джеймса.

Что же касается грамматики, то носитель языка может научить и этому, но только в случае, если он профессиональный преподаватель. А если фотограф или врач - не обессудьте. Представьте, что вам нужно объяснить, скажем, японцу правила употребления русских частиц "не" и "ни". Представили? То-то зе!

Part Three. Московский лингвистический центр (МЛЦ)

МЛЦ - языковая школа, член IALC. Преподавание ведется на базе оксфордского коммуникативного курса Streamline бывшими преподавателями Иняза. Центр является последовательным противником привлечения к преподаванию native speakers.

МЛЦ можно было бы назвать самыми обыкновенными курсами, если бы не кадры, которые делают их лучшими, на мой взгляд, в Москве. Эти курсы - наглядная иллюстрация совафоризма "Кадры решают все". Если бы не педагоги, от маршировки в общем строю не спасло бы ... Ни членство в IALC (International Association of Language Centers), сертификат качества, придуманный основателем испанской школы Estudio Internacional Sampere Альбертом Сампере, а испанское качество ГОСТа стоит. Ни обучение по оксфордскому учебнику Streamline и кембриджскому Murphy, которые ничем не лучше пособия Headway, по которому ведется преподавание на других курсах.

По некоторым параметрам МЛЦ даже уступает другим московским курсам. У одних - лучше отремонтированный офис, у других - оборудование не исчерпывается недорогим магнитофоном тайваньского производства.

Но все недостатки меркнут перед преподаванием. Хотя и здесь есть свои подводные камни. В принципе в центре нет плохих учителей. Но тут уж - как повезет. Можно просто попасть к профессиональному преподавателю, а можно - к Преподавателю. Где большая буква включает в себя как Человеческие, так и Профессиональные качества.

Мне повезло. Мой Преподаватель Людмила Евгеньевна Кузнецова. Если бы не она, давно бросил бы я учить этот язык и остался неучем.

Когда я в первый раз попал в МЛЦ меня, как и всех приходящих, встретила обаятельная барышня Алла. Она рассказала мне, что прежде чем меня запишут, я должен пройти обязательное тестирование.

Процесс представлял собой следующее. Мне дали один из переходных тестов из учебника Streamline середины первого уровня. Заполнив его, я попал к преподавателю, которая, поговорив со мной и проверив тест, направила вновь в учебную часть, к Алле, с пометкой: "На конец первого уровня".

Здесь придется оговориться. После собеседования учитель выдает адекватную оценку ваших знаний. Но советует продолжить обучение в МЛЦ на пол-уровня - уровень ниже. За этим, конечно, кроется не только желание закрепить знания, но и коммерческий интерес. Поэтому, прежде чем принять решение, неплохо и подумать. Учтите: каждый последующий этап возвращает к основным пройденным моментам, естественно, на качественно ином уровне. Так что, если считаете, что повторения будет достаточно, идите на уровень, соответствующий вашим реальным знаниям. Но потом не сетуйте, что профессионалы не предупреждали.

Вернувшись к Алле, я показал ей тест, и она, просмотрев расписание, сказала, что "вечерний конец первого уровня - только по вторникам и пятницам". Меня это устроило, и судьба была решена.

На своем первом занятии в МЛЦ я стал шестым в группе. На втором уровне нас было девять. На третьем десять. Пугаться количеству студентов не стоит. Помучиться, скорее всего, придется лишь первую половину. Затем, как в моем случае, часть согруппников - по разным причинам - станет приходить на занятия все реже, реже ...

Сам урок в базовом виде состоит из трех частей: проверки домашнего задания, работы над текстом из учебника и нового материала. Здесь-то и включается в действие преподаватель, о неоценимой роли которого я говорил выше ...

Комментарий

К сожалению, свой рассказ о занятиях по коммуникативной методике А. МакДональдс обрывает на самом интересном месте, и нам не суждено узнать, как учат английский в МЛЦ. Скорее всего, так же, как в большинстве языковых школ мира, применяющих этот метод, а может быть даже эффективнее, так как педагоги могут объяснить ученикам непонятное по-русски.

Коммуникативная методика - растяжимое понятие. Но главный ее принцип в том, что устной речи на занятиях уделяется больше внимания, чем всем остальным аспектам языка. Некоторые думают, будто с помощью этого метода можно выучить язык "без грамматики". Нигде и никогда! На грамматику в среднем отводится около 30% учебного времени, а в отдельных школах и больше; между прочим, на Западе "коммуникативный бум" уже проходит, и во многих языковых центрах склоняются к тому, чтобы по возможности насыщать занятия лексико-грамматическими упражнениями. Домашние задания задаются в обязательном порядке.

Такие учебники, как Streamline и Headway разработаны для всех уровней знания языка, так что учиться по ним может каждый.

Неудивительно, что А.МакДональдс с восторгом отзывается о педагогах МЛЦ: ведь это бывшие преподаватели Иняза - вуза, где ухитряются научить языку всех студентов до единого. Глядишь, научат и Алекса.

Другие записи

10.06.2016. Авторские методики изучения языков: в чем их отличие от традиционных?
Существует множество различных методик изучения иностранных языков: понятно стремление человека за минимальные сроки по-настоящему освоить неизвестный ранее разговорный язык. Как научиться понимать людей,…