ХОСЕ МАРТИ (великий кубинец)

 

"Сегодня символ мира для меня - поломанные крылья". Так сказал о своём времени человек, сочетавший талант поэта, мудрость философа, мужество солдата и не раз испытавший боль "поломанных крыльев".

Эти слова великого кубинца Хосе Марти (1853- 1895) содержат ёмкий образ не только второй половины XIX в., но и его многострадальной родины, а в каком-то смысле и всей его жизни. Выходец из бедной семьи тюремного надзирателя, юный Хосе едва не повторил карьеру отца, страстно желавшего увидеть в сыне своего преемника по службе. К счастью для мировой культуры, этого не случилось.

Уже почти четыре столетия Куба была колонией Испании, "островом сахара и рабов". Чувство протеста рано проснулось в душе юноши. Да и как могла эта многогранная натура снести посвист хлыста надсмотрщика на плантациях и беспощадное подавление свободолюбивых устремлений кубинцев. Много лет спустя умудрённый жизненным опытом и борьбой, Марти напишет: "Не успел человек родиться, а возле его колыбели уже стоят держа наготове широкие и толстые повязки философий, религий, увлечений отцов, политических систем. Человека скручивают, связывают, и он на всю жизнь остаётся взнузданным и осёдланным, словно конь. Поэтому земля нынче полна людей, лица которых скрыты под личинами". Ему же самому всегда была чужда маска ханжи и лицемера.

1868-1878 гг. - время Десятилетней войны кубинского народа за свободу и независимость. Хосе - с теми, кто борется; он пишет политические стихи и сотрудничает в газете "Ла Патриа Либре" ("Свободная Родина"), Уже в 16 лет он подвергается аресту за свои политические убеждения. Несколько месяцев проводит в каторжных каменоломнях "Сан Ласаро", затем попадает на остров узников Пинос, а в 1871 г. испанские власти высылают его на Пиренейский полуостров,

Здесь, в метрополии, Хосе Марти стремится как можно более продуктивно использовать вынужденное отлучение от родины. Уже в мае 1871 г. он поступает в Мадридский университет, через два года переезжает в Сарагосу и в 1874 г. заканчивает сразу два факультета Сарагосского университета: юридический и факультет философии и литературы. Ещё в Мадриде Марти публикует свою первую публицистическую брошюру "Политическая тюрьма на Кубе" - о страшном положении узников каторжных тюрем. После провозглашения Испанской республики в феврале

1873 г. он пишет книгу "Испанская республика и кубинская революция", где заявляет: "Куба декларирует свою независимость по тому же праву, по которому Испания объявляет себя республикой".

После Десятилетней войны, так и не освободившей Кубу от колониальной зависимости, Хосе Марти получает наконец разрешение возвратиться на родину и вновь включается в политическую борьбу. Он твёрд и бескомпромиссен. Пламенные речи в защиту кубинского народа делают его имя чрезвычайно популярным. На одном из банкетов, не стесняясь присутствия губернатора острова, назначенного Испанией, - генерал-капитана Кубы, Марти выступил со столь обличительной и непримиримой речью, что глава колониальной администрации острова воскликнул: "Я хочу как можно скорее забыть о том, что я здесь слышал. Я никогда не смогу понять, как можно в моём присутствии, в присутствии представителя испанского правительства говорить подобные вещи. Я думаю, что Хосе Марти - это сумасшедший, но сумасшедший слишком опасный".

Вольтер писал, что человек рождён, чтобы жить или в конвульсиях беспокойства, или в летаргии скуки. Хосе Марти никогда не искал покоя. Его постоянно влекли политическая борьба и подготовка к решающей схватке за национальное освобождение, но эта страсть к свободе сочеталась в его душе с другой не менее сильной стихией, имя которой - поэзия.

Всю свою жизнь Марти преклонялся перед французской культурой, очень высоко ценил литературу Франции. Он оставался истинным поэтом и в своих литературно-критических статьях. Виктора Гюго он уподоблял солнцу в зените, ослепительно-яркому, приковывающему к себе восхищённые взоры всех. О братьях Гонкурах писал, что их отличает "рафинированное изящество, аромат надушенного салона, таинственная игра светотени...". Флоберу, "который одевался, как мавр, и чеканил слова, как гот", на его взгляд, присуща волшебная основательность.

Неудивительно, что творчество Марти находилось под влиянием французских поэтов и писателей, особенно символистов и парнасцев. Именно от них в его творчество приходят цветопись и образность: он стремится перенести в литературу приёмы живописи и музыки. Необходимость использования этих приёмов Марти обосновал в своего рода стихотворении в прозе: "В языке есть нечто пластичное, слово имеет своё видимое тело, свои законы красоты, свою перспективу, свой свет и свои тени, свою скульптурную форму и свои краски. Всё это можно постичь, только вглядываясь в слова, поворачивая их в ту и в другую сторону, взвешивая их, лаская их, шлифуя их. В каждом великом писателе скрыты великий живописец, великий скульптор и великий музыкант".

Именно таким писателем был сам Марти, хотя бродячая жизнь политэмигранта и активное участие в борьбе за независимость Кубы оставляли немного времени для творчества. При его жизни вышло всего четыре поэтических сборника: "Исмаэлильо", "Свободные стихи", "Цветы изгнания" и "Простые стихи". В них - израненная душа поэта, любовь, тревоги, надежды, весь его внутренний мир.

Хотят, о скорбь моя, чтоб я совлёк С тебя покров природной красоты, Чтобы подстриг я чувства, как кусты, И плакал только в кружевной платок. Чтобы в темнице звонкой изнемог Мой стих, который подарила ты. Живительной лишённый простоты, Засохнет он, как сорванный цветок. Нет, так не будет! И пускай актрисы Разучивают вздохи наизусть, Картинно опускаясь на подмостки. Душа не делит сцену и кулисы, Румянами не скрашивает грусть И, падая, не помнит о причёске.
(Перевод В. Столбова)

Избранница его сердца Кармен Сайяс де Басан, дочь богатого кубинского землевладельца, с которой он познакомился в Испании, выделялась не только красотой и обаянием. Она была очень начитанной, увлекалась поэзией, играла в шахматы и в девичестве во многом разделяла патриотический порыв Хосе Марти. Не о таком ли идеале женщины мечтал он? И раньше в жизни поэта были увлечения, которые, казалось, вот-вот испепелят молодое сердце. Он писал: "Любовь для меня чувство столь могущественное, столь абсолютное и внеземное, что до сих пор я не встретил на нашей густонаселённой земле женщину, которой я мог бы предложить его целиком. Какая тоска чувствовать себя самым живым среди живых, преисполненным неувядаемой нежности и бесконечной верности в душном воздухе, среди невыносимой мелкоты и монотонной безликости, в пустоте, которая сдавливает моё тело и гнетёт мой дух внутри его телесной оболочки... Жизнь для меня мучение. А я живу, ибо должен быть сильным, чтобы справиться с любым препятствием, сломать любую силу...".

И вот это огромное чувство пробудило ответную любовь. "Для меня брак с другой женщиной был бы безумием, - писал Марти одному из своих друзей, - но, вступая в брак с Кармен, я делаю осуществимым самое заветное моё желание, которое часто непонятно людям, - согласие наших духовных страстей".

В конце 70-х гг. они поженились. В 1878 г. в их семье появился крохотный Хосе, которого счастливый отец называл не иначе как "маленькое облачко". Однако счастье - понятие эфемерное. Постоянные скитания и неустроенный быт приводили к тому, что романтическая влюблённость Кармен всё более ослабевала. Оставалась лишь любовь к "маленькому облачку", и наконец, взяв его с собой, в 1884 г. она покинула Марта.

Увы, личная жизнь поэта не сложилась, да и вряд ли могла сложиться. Его душа была отдана прежде всего прекрасному острову Куба. Знаменитое стихотворение Марти "Родина и женщина" стало своеобразной исповедью его как поэта и патриота, как человека и революционера. Когда речь заходила о Кубе, он всегда был непреклонен: "Нет такого горя, унижения, лишения, наглости, которых бы я не вытерпел для Родины".

Марти интересен и значителен не только в поэзии, но и в прозе, и в литературной критике, и на ниве исторических исследований. И сколько ещё ярких работ было бы написано им, с его удивительной работоспособностью и творческим горением, если бы не обречённость изгнанника, если бы не тяготы быта и необходимость зарабатывать на жизнь то в качестве корреспондента ряда латиноамериканских газет, то в должности консула Уругвая, Парагвая и Аргентины в США; если бы, наконец, рука его с негодованием не отбрасывала перо, ибо жаждала, говоря его словами, "оружия более действенного, задач более мужественных и трудных".

В начале 80-х гг. Хосе Марти вместе с Анто-нио Масео и Максиме Гомесом становится во главе национально-освободительного движения. В это время "верхушка" кубинского общества, обладавшая немалыми капиталами, боясь радикальной социальной ломки, стремилась не к независимости, а только к автономии, в рамках которой она надеялась осуществлять реформы экономического и политического характера. Критикуя автономистов, Марти заявил: "Человек, который зовёт в бой, неизмеримо дороже человека, который лишь умоляет; права не вымаливаются, а берутся, их не выпрашивают, а вырывают".

Такая бескомпромиссная революционность приводит Марти к новой ссылке. И опять он оказывается в Испании. Однако теперь Хосе задерживается здесь совсем ненадолго. Вскоре начинаются его многолетние странствия по странам Центральной Америки и Карибского бассейна. Он собирает средства и сплачивает живущих там кубинцев, разрабатывает планы вооружённого восстания на Кубе. В 80-е гг. XIX в. Марти подолгу живёт в США. От его проницательного ума не ускользают намерения официального Вашингтона подчинить своему влиянию латиноамериканские государства и прибрать к рукам Кубу, Захватнические устремления великого северного соседа порождают у Хосе Марти вопрос: "Объединятся ли в насущно необходимый, благословенный союз древние, неразрывно связанные между собой народы Америки?". Идеи о солидарности и общности языка, религии, культуры и истории становятся главными аргументами в пользу создания этого союза, который Хосе Марти называет "Наша Америка".

В начале 90-х гг. подготовка патриотических сил Кубы к вооружённому восстанию вступила в решающую фазу. С этой целью Марти основал в 1892 г. Кубинскую революционную партию. Её ячейки действовали не только на самой Кубе, но и на североамериканском полуострове Флорида, где проживали много кубинских рабочих-табачников. Иллюстрацией к этому предельно насыщенному периоду в жизни Марти могут служить его собственные слова: "Как я хотел бы оседлать молнию, чтобы повсюду поспеть...".

Хосе Марти стал организатором и главным идеологом второй войны за независимость кубинского народа (1895-1898 гг.), начатой патриотами 24 февраля 1895 г. в провинции Орьенте. Современники называли его наиболее радикальным революционером своего времени, стремившимся прежде всего к тому, чтобы независимое государство на Кубе "обеспечило бы своим сынам счастливую жизнь на протяжении многих лет", как говорил сам Хосе Марти. Ради этого он боролся, ради этого готов был умереть.

Для непосредственного участия в восстании Хосе Марти прибыл на Кубу вместе с Максиме Гомесом 11 апреля 1895 г. из Доминиканской республики. Началась совершенно новая полоса его жизни в повстанческих отрядах, когда "всё имущество за поясом", когда под голову подкладывается "опасность вместо подушки", когда "пасть побеждённым в великом бою - это уже победа".

Когда-то, обращаясь к своей Музе, Марти писал:

Если есть высший суд, лишь с тобою Я предстану пред этим судом:
Либо нас осудят обоих, Либо мы спасёмся вдвоём.
Хосе Марти геройски погиб в самом первом своём сражении 19 мая 1895 г.

 

Другие записи

10.06.2016. КУБА: ТИРАНЫ И ТИРАНОБОРЦЫ(Фульхенсио Батиста и Фидель Кастро)
  Портрет Фульхенсио Батисты. Это случилось в один и тот же, печальный для мировой истории 1933 год. В Германии бывший ефрейтор Адольф Гитлер стал канцлером страны (см. ст. "Адольф Гитлер"),…
10.06.2016. МАО ЦЗЭДУН
10.06.2016. ЧАН КАЙШИ (китайский лидер)
  Чан Кайши. 1928г. Чан Кайши родился 31 октября 1887 г. в Цикоу, небольшом городе одной из самых богатых и развитых провинций Китая - Чжэцзян. В соответствии с обычаями состоятельных семей…
10.06.2016. ЧЕРЧИЛЛЬ Уинстон Леонард Спенсер
ЧЕРЧИЛЛЬ (Churchill) Уинстон Леонард Спенсер (1874 - 1965), премьер-министр Великобритании в 1940-45, 1951-55. До 1904 консерватор, затем либерал, с нач. 20-х гг. снова консерватор, один из…