Появление законодательства


Если в первобытном обществе закон определялся обычаями и традициями (обычное право), то с возникновением цивилизации появились письменные своды законов. Их появление означало определенный уровень цивилизованности общества - довольно низкий, по нашим понятиям, но весьма высокий для тех времен. Не стоит забывать, что современный уровень цивилизации не мог возникнуть сразу, он стал итогом долгого пути, который, как и всякий путь, начинался с первых шагов. И сделали эти шаги именно цивилизации Древнего Востока.
В восточных цивилизациях впервые были сформулированы и осуществлялись на практике некоторые из положений современного юридического права. Так, вавилонский царь Хаммурапи (правил в 1792-1750 гг. до н. э.) утверждал в своих законах, что боги передали ему власть для защиты слабых, вдов и сирот от притеснений. А в одном из древнеегипетских поучений говорилось, что царь должен заботиться обо всех своих подданных, ибо они - "стадо Бога", "подобия, вышедшие из его плоти". В древнеиндийских законах было сказано, что если сурово не наказывать нарушителей закона, то "более сильные изжарят слабых, как рыбу на вертеле".
Создавая законы, государство давало определенные правовые гарантии всем слоям населения. Даже у рабов были некоторые права: они могли иметь семью, небольшое имущество, иногда - собственное жилище. Вместе с тем справедливость в законах древности была отмерена каждому в соответствии с его социальным статусом. Так, в законы древнейших цивилизаций перекочевал из первобытного общества обычай, согласно которому за причинение телесных повреждений виновный получал равнозначное наказание ("око за око, зуб за зуб"). Однако для высокопоставленных преступников вместо этого предусматривался денежный выкуп, уплачиваемый пострадавшему (либо его хозяину, если речь шла о рабе). Особо суровые наказания ждали тех, кто выступал против правителя и власти в целом, против жрецов и храмов, посягал на имущество правителя и знати.
Законы закрепляли и неравенство женщин в семье, характерное для цивилизаций Востока (кроме Египта, где сохранялись остатки традиций матриархата). Положение женщины в семье было подчиненным, все имущественные, хозяйственные и прочие вопросы решал мужчина - глава семьи. В то же время законы предусматривали суровые наказания как за измену, так и за жестокое обращение с домочадцами. Это, как и право наследования, укрепляло семью. Таким образом, даже восточные деспотии видели свою задачу отнюдь не только в подавлении и угнетении.
Общество и власть. По мере развития цивилизаций роль государства повышалась. История убедительно показывала, что сильные централизованные государства несравненно более жизнестойки, чем те, в которых отсутствует крепкая власть. В Древнем Египте, например, периоды неограниченной власти фараонов перемежались временами распада страны на номы (области), где правила родовая знать. Раздробленность неминуемо вела к экономическому упадку: приходила в запустение сложная ирригационная система, что влекло за собой голод, который, в свою очередь, вызывал беспорядки. Справиться с ними правители номов не могли, и в итоге на смену раздробленности вновь приходила централизация, а вместе с ней - относительное благополучие. Наряду с родовой знатью угрозу для власти фараонов представляли и жрецы, положение которых особенно укрепилось во II тыс. до н. э. Стремясь сохранять союз со жрецами, фараоны отдавали им в собственность земли, а порой - даже города. Но от этого влияние и могущество жрецов росли еще больше.
Раздробленность была бичом и Китая, где сильное централизованное государство Западное Чжоу, возникшее в 1122 г. до н. э., спустя три столетия стало распадаться. Но, как и в Египте, местные правители оказались не в силах справиться с обрушивавшимися на них проблемами. К III в. до н. э. в Китае возобновился процесс централизации.
Еще больше страдала от раздробленности Древняя Индия. В середине I тыс. до н. э. в долине Ганга и прилегающих районах существовало полтора десятка самостоятельных государств. И лишь в IV-II вв. до н. э. династии Маурьев удалось объединить значительную часть полуострова Индостан. Но даже в течение этих двух веков власть правителей империи Маурьев никогда не была такой сильной, как у других деспотов Древнего Востока. Ее постоянно оспаривали и местная знать и жрецы (брахманы).
Основная масса населения восточных деспотий не имела доступа к власти и не участвовала в борьбе за нее. Позднее, в Греции и Риме, появились особые политические органы, предоставлявшие части общества доступ к решению государственных вопросов. В древних восточных цивилизациях подобных органов практически не было (народные собрания и советы старейшин в Индии, советы общин в Вавилоне почти не влияли на политическую жизнь).
Но у простого люда и в этих условиях были определенные возможности улучшить свой социальный статус. Например, в Древнем Египте простолюдины могли проникнуть в ряды знати благодаря воинской доблести или, говоря современным языком, предпринимательской сметке. Разбогатевший крестьянин или ремесленник мог отдать сына в обучение, и тот становился чиновником. А в Китае власти сами призывали себе на помощь людей незнатных (их называли го жэнь - "люди страны"), выплачивая им жалованье зерном. Этим закладывались основы сотрудничества государства и общества. Правда, практика привлечения го жэнь к управлению государством была относительно недолгой. Но все же она позволила подорвать позиции родовой аристократии, расширить социальную опору государства. А в середине IV в. до н. э. министр Шан Ян продолжил наступление на знать. В результате его реформ были, в частности, отменены наследственные титулы, и теперь ранги знатности жаловались только за военные и прочие заслуги перед государством. Однако основная масса населения Китая по-прежнему стояла в стороне от управления, к тому же ранги вскоре начали продавать.
И тем не менее принцип оценки личных заслуг давал преимущество китайской и некоторым другим цивилизациям древности. Конечно, строгая иерархичная структура государства в целом не нарушалась, но ей придавалась большая мобильность (подвижность). А мобильность социальной структуры государства была значительным шагом вперед в сравнении со статичностью, которая сковывала развитие общества.
Особенно заметной была эта статичность в индийском обществе, разделенном на касты, которые в целом были вполне типичны для обществ древности: жрецы (брахманы), воины (кшатрии), свободные общинники-земледельцы и торговцы (вайшьи). В низшую касту слуг (шудры) входили безземельные крестьяне и рабы. Каждый человек принадлежал к определенной касте от рождения и был обречен оставаться в ней до могилы. Изолированность и замкнутость каст (даже браки можно было заключать только внутри них) тормозили развитие индийской цивилизации и отрицательно сказались на дальнейшей истории страны.
В целом же государство и общество в цивилизациях древности существовали изолированно друг от друга. Ни власть, ни общество еще не осознали в полной мере, что их взаимодействие - непременное условие успешного развития цивилизации. Общество было пассивно и немо, пути к управлению государством были для него, как правило, перекрыты. Порой недовольство общества могло проявляться, в бунтах и восстаниях, но они носили стихийный характер и легко подавлялись властями. В свою очередь, и власти нуждались всего лишь в покорности общества, еще не понимая, что его можно сделать своим союзником и помощником.