Цивилизации Востока и традиционализм


Понятием "Восток" нередко обозначают не только страны Азии, но (применительно к новому времени) также Африку и Латинскую Америку, т. е. всю колониальную и полуколониальную "периферию". В начале XIX в., когда колониальная система, в сущности, еще не до конца сформировалась, в ней проявились признаки распада. Ее первым слабым звеном оказалась Латинская Америка. Уже в 1804 г. на острове Гаити (в Вест-Индии) возникла одноименная республика. Тогда же национально-освободительное движение охватило Южную и Центральную Америку. Одна за другой колонии Испании и принадлежавшая Португалии Бразилия освобождались от колониального гнета и становились независимыми государствами. Восстания, перевороты и заговоры сразу же стали обычным явлением в молодых странах Латинской Америки, во многих из них устанавливался режим военной диктатуры. Неустойчивость политических структур была сопряжена с экономической отсталостью, и Латиноамериканский регион на долгие годы попал в зависимость от крупных капиталистических держав, прежде всего от США.         
Эта брешь, пробитая в колониальной системе, еще не говорила о явном кризисе последней, скорее речь шла об ослаблении Испании и Португалии, не сумевших предотвратить крушение своих заокеанских империй. Впрочем, это не умаляет и заслуг латиноамериканских патриотов, отважно сражавшихся за независимость. В других же регионах, напротив, политическое и экономическое проникновение ведущих индустриальных держав усилилось.
К середине XIX в. Англия окончательно подчинила Индию, жестоко подавив все попытки сопротивления. Тогда же попал в зависимость от стран Запада и Китай, потерпевший поражение в "опиумных" войнах. Во второй половине XIX в. резко активизировалась колонизация Африки, и к концу столетия весь континент был поделен между европейскими державами. Независимость сохранили лишь две страны: Эфиопия и крошечная Либерия, созданная в 1847 г. по инициативе американских борцов против рабства, пытавшихся вернуть освобожденных негров на их историческую родину.
Объектом освоения стала и некогда могущественная Османская империя. Ее периодически сотрясали экономические кризисы, стремительно рос внешний долг, центральная власть была не в силах контролировать огромные территории. Некоторые из них - формально или фактически - начали отделяться от империи (Египет, Греция, Сербия и др.), впрочем, тут же попадая в сферу влияния сильных держав Запада. После тяжелого поражения в войне с Россией 1877-1878 гг. Турция была окончательно вытеснена из Европы, сохранив за собой лишь Стамбул и прилегающие земли. Но к концу XIX в; становится ясно, что, теряя некогда завоеванные области, Турция избавляется и от непосильных тягот, связанных с управлением гигантской империей. Уже в середине XIX в. в стране начинается модернизация, темпы ее постепенно нарастают, и в XX в. разрозненные элементы этого процесса сливаются в единый поток.
Единственной страной Востока, в XIX в. решительно вступившей на путь капитализма и модернизации, была Япония. Печальный пример соседнего Китая, оказавшегося в финансово-экономической кабале у Запада, равно как и попытки подчинить саму Японию, показали ее властям, сколь пагубен был прежний курс на закрытие страны, лишавший ее возможности следить за новыми процессами в "центре" и соответственно корректировать свое развитие. В результате начатого в 1867 г. широкого комплекса так называемых реформ Мэйдзи ("обновление", "реставрация") модернизация постепенно охватила все области японской экономики, культуры и жизни в целом. Уже к концу XIX в. стало очевидно, что наряду со старыми "центрами" (западноевропейским и американским) на Дальнем Востоке возникает новый - японский.
Но и те страны "периферии", для которых сближение цивилизаций было не добровольным, а навязанным, в конечном счете не оказались в абсолютном проигрыше. Конечно, в XIX в. (а отчасти и в XX) колониальные державы имели в виду прежде всего собственную выгоду и мало заботились о нуждах покоренных земель. Но эти земли и их древние цивилизации в итоге постепенно втягивались в формирующуюся мировую экономическую систему. Цивилизационные устои Запада, все активнее проникая на Восток, нередко вступали в острое противоречие с его культурными, духовными, бытовыми традициями. Это вызывало протест местного населения, приводило к мощным антиколониальным движениям (в частности, в Индии и Китае). Но в социально-экономической и политической сферах взаимодействие Запада и Востока вело к формированию единой мировой цивилизации, постепенно сглаживая резкий разрыв между "центром" и "периферией".
Правда, в XIX в. было еще трудно разглядеть положительные стороны этого процесса, и для колониальных стран на первом плане стоял вопрос восстановления национальной независимости. Но и решение этого вопроса вскоре во многом было облегчено наличием капиталистической инфраструктуры, начавшей складываться уже в XIX в. Что же касается культурных и духовных традиций древних цивилизаций (индийской, китайской, японской и пр.), то они оказались достаточно жизнестойкими, чтобы серьезно не пострадать от влияния Запада. Более того, эти традиции - от мод до философских и религиозных учений - оказали довольно сильное влияние на западную цивилизацию, во многом обогатив ее.
Таким образом. Восток, сохраняя свою самобытность в духовной и культурной сферах, постепенно перенимал экономические и социально-политические нормы западной цивилизации. Конечно, этот процесс во многом был навязан Западом, но без него экономическая отсталость "периферии" могла бы принять опасные масштабы и привести к катастрофе, возможно, даже к повторению печальной судьбы Древнего Рима и Византии - навсегда исчезнувших цивилизаций.